Принимаем новостройку со специалистом: ЖК «Набережный», или «Лучшие годы провел в ожидании квартиры в элитном долгострое»
Строительство этого дома затянулось так, что и говорить неприлично: уже пятый год дольщики, заплатившие за квадратный метр по ценам медовых лет, ждут возможности въехать в свои дорогостоящие квартиры. Поначалу будущие жильцы верили обещаниям застройщика, потом начали роптать и возмущаться. Но дата выдачи ключей, несмотря на обращения во все инстанции, не приближалась. У девелопера была своя точка зрения на все происходящее: генеральный директор ЗАО «Лада ОМС-Холдинг» Алексей Ваганов объяснял, что перенос сроков связан в первую очередь с реконструкцией дороги. Из-за расширения улицы Маяковского дом пришлось «пересаживать» на новое место и с нуля делать новый проект. В период с 2012 по 2015 год и вовсе действовал запрет на строительство инженерных сетей в ландшафтно-рекреационной зоне, на которую пришлось «залезть» из-за новых координат. Но трудности, похоже, наконец-то миновали: новостройку зарегистрировали в Едином государственным регистре недвижимого имущества. Глядишь, совсем скоро и ключики окажутся в руках у настоящих владельцев. Как же построили дом, «квадрат» в котором продавали так дорого? Вместе со специалистом компании «Эво Лэнд» обследуем просторную трехкомнатную квартиру в одном из последних официальных жилых долгостроев Минска.
Не дом, а «квест-рум»
Для любителей высоток ЖК «Набережный» — то что надо: отличное географическое расположение, вид на реку, да и облик самого здания вполне себе приличный. Исстрадавшиеся дольщики должны не без удовольствия заехать в свои квартиры. Надеемся, что к моменту их заселения в доме все уже будет налажено и отрегулировано, но вот нам пришлось изрядно помучиться, чтобы все-таки оказаться в нужной квартире.
К проведению приемки жильцами застройщик подготовился, пустив лифт, чтобы людям не нужно было бегать по этажам. Жест красивый, но неотрепетированный. Кабину пришлось ждать минут пятнадцать: ее заело на одном из верхних этажей и не хотело отпускать. Наш провожатый пешком отправился «в облака», а потом и мы, осознав, что, несмотря на яростный стук сверху, ничего не меняется, решили последовать его примеру. Но не смогли: все двери, за которыми мог бы скрываться лестничный марш, оказались заперты. Пришлось еще минут восемь ждать лифт. В темноте: лампочка в лифтовом холле то ли перегорела, то ли никогда не была на своем месте.
Грузо-пассажирский лифт так и не соизволил приехать на первый этаж, но провидение в лице прораба ниспослало нам небольшой и скрипучий пассажирский лифт. Мы были рады и этому. Не без опаски зайдя в него, нажали на кнопку 15-го этажа. Ехали медленно и приехали на… 16-й. Смекалка подсказала: нажимай «14» — будешь на нужном уровне. Так и вышло.
«Лучшие годы провел в ожидании этой квартиры»
Трехкомнатная квартира площадью 90 кв. м почти принадлежит минчанину Николаю. Молодой человек был одним из первых дольщиков, поверивших в этот проект и передавших деньги застройщику. Сейчас о своем решении минчанин жалеет: слишком долго пришлось ждать желаемого (так долго, что уже и не нужно).
— Началось с того, что я построил однокомнатную квартиру в панельном доме в «Минск-Сити», — вспоминает Николай. — Проект был стандартный мапидовский, все прошло очень быстро и без каких-либо проблем. И я почему-то подумал, что у нас так везде в долевом строительстве. Решил, что можно и расшириться. Продал «однушку» и заключил договор на строительство трехкомнатной квартиры в ЖК «Луговой» — это соседний дом-близнец от того же застройщика.
А потом черт меня дернул перейти в «Набережный». Обещалось, что он будет сдан всего на год позже, чем «Луговой», зато география намного лучше: прямо на берегу реки, виды прекрасные. Решил, что год — это не так уж и много, можно подождать. Перезаключил договор, внес первый платеж и еще полтора года выплачивал рассрочку. Так я и стал «счастливым обладателем» долгостроя. Никогда бы не подумал, что лучшие годы проведу на съемном жилье в ожидании квартиры.
Квадратный метр на первоначальном этапе застройщик оценил в $1300. Николай с этой суммой согласился: как-никак каркасно-монолитный дом со свободной планировкой. То, что многоэтажка еще даже не выбралась из котлована, минчанина не смущало: на площадке постоянно что-то происходило, предпосылок к тому, что стройка может затянуться, не было. Да и в прошлый раз в «долевку» он вступал примерно на таком же этапе — все закончилось благополучно.
— Знаю, что многие дольщики платили за метр и по $1600, и по $1700. Представляю, как обидно этим людям: купить на пике цен и бесконечно ждать. Когда терпение лопнуло и стало понятно, что слова «на следующей неделе начнем работать» — это не больше, чем обещания, я создал группу в Viber. Мы, будущие жильцы, стали общаться более плотно. Могу сказать всем, кто находится в подобной ситуации: объединяйтесь и штурмуйте администрации, чиновников, силовиков. Засыпайте их письмами, иначе дело двигаться вообще не будет.
Честно говоря, я не понимаю, почему наше государство до сих пор не запретило долевое строительство! Перед глазами столько примеров, когда застройщики «кидают» людей, срывают сроки, но им все сходит с рук. Нет чтобы девелоперы брали кредиты в банках, возводили дома за свои средства, а потом уже продавали готовые квартиры. Тогда бы они сдавали дома раньше срока и делали все качественно, так как ерунду люди бы не брали. Но нет, у нас все делается по-другому. Причем даже застройщикам, у которых сплошь проблемные объекты, дают строить еще и еще, — возмущен молодой человек.
К слову, ждать обещанную квартиру пришлось так долго, что Николай успел решить свой жилищный вопрос. Сейчас он выставил «трешку» на продажу за нескромную цену.
Что с качеством?
В большинстве случаев происходит так: когда дольщиков приглашают на приемку, квартира выглядит практически готовой. Кажется, бери да делай ремонт. Но в этот раз все оказалось гораздо сложнее. В гостиной почему-то не была установлена одна оконная створка, она одиноко стояла у стены, давая гулять всем ветрам. Штробы к радиаторам зияли пустотой: не заделаны. А в ванной комнате отсутствовала ванна, которую просил установить дольщик, отказавшись от денежной компенсации.