Вадим Прокопьев: «Тема про личный бренд человека — надуманная и того не стоит»

Второй день «Недели белорусского PR» открыл самый известный белорусский ресторатор Вадим Прокопьев. По плану лектор должен был рассказать о том, кто такой человек-бренд и в чём вообще его отличие от обычного человека, но Вадим Прокопьев объявил аудитории, что указанная тема надуманная и оно того не стоит. Поэтому мастер-класс приобрёл формат ответов на вопросы. Marketing.by побывал на мастер-классе и послушал, что рассказывает и чему учит студентов гуру белорусского бизнеса.

Вас сможет спасти только экстремальный профессионализм и дополнительный иностранный язык. Тогда шансов выжить будет больше. Я говорю, как есть, я не собирался быть оптимистом. Вам нужно влюбиться в какую-то профессию и жить ей. Достичь в ней верха. Научиться видеть детали. Этому не научишься в наших университетах. Вас возьмут на тёплое место только в том случае, если вы знаете что-то лучше других. Иначе вы будите работать в пыльном офисе и думать, что занимаетесь пиаром. Но вы будете ошибаться. Столько pr-специалистов нам не нужно. Что касается меня, то чтобы попасть на работу ко мне, нужно обладать хорошим чувством юмора.

Проблема в том, что наши университеты оторваны от уровня европейского образования, и проблема тут не в государственной идеологии, а в том, что мы сами отстали. А за те деньги, которые получают преподаватели, очень трудно следить за всеми мировыми тенденциями и быть на их пике. Вряд ли вам читают лекции на разных языках или же разбирают с вами материалы The New York Times. Рассчитывать на то, что вас тут чему-то научат, очень наивно. Поэтому рассчитывать нужно только на себя и на самообразование.

Если есть шанс поработать за границей, нужно им воспользоваться. Мир достаточно открыт. Но дело в том, что любопытства у молодых людей, по моему наблюдению, стало меньше, чем в то время, когда мир был закрыт, и нужно было прикладывать силы, чтобы найти правдивую информацию. Сейчас вы можете найти любую информацию и поехать в любую точку света. В молодости мне казалось, что Марс ко мне находится ближе, чем Нью-Йорк.

Мою репутацию ничем не спасти. В моей жизни были женщины, которые сделали всё для того, чтобы после расставания моя репутация выросла. Но специально никто мной не занимался. Наше общество очень консервативное, и, если вы хотите иметь образ свободного человека, вы должны быть готовы к тому, что не будете соответствовать его нормам и правилам. Моя же публичность вынужденная. Я делаю вид, что меня ничего не беспокоит. Но со временем кожа не толстеет.

Комментариями и лайками репутация не измеряется. Если вы что-то сказали или написали и получили 40 хороших отзывов и только 1 плохой, то что-то не так с вами. Это диагноз. Репутация мужчин измеряется количеством врагов. Если их количество помещается на пальцах одной руки, то вы плохо работаете, подумайте над тем, чтобы что-то в себе изменить. А женщине в Беларуси с её репутацией так совсем не просто. Я, как умеренный феминист, нахожусь на их стороне. Женщина, которая сидит в баре одна, уже является предметом обструкции. У нас было всё не так, как в цивилизационном мире, в том числе и сексуальная революция. Бороться с национальной ментальностью не нужно — у вас ничего не получится. Лучше включайте в таком случае иронию.

Я научился изображать иллюзию успешного предпринимателя. Я просто сижу в белой рубашке и рассуждаю о высоких материях. Хорошим ресторан делают не раздетые официантки, а хорошая еда и приятная атмосфера. Никакой пиар не спасёт плохой продукт.

Это у всех бывает. Просыпаешь утром встречу, встаёшь, бреешься и думаешь: «не полоснуть ли себя по горлу?». Потом чашка кофе и постепенно к обеду раскачиваешься и вроде жить можно. В своём пожилом возрасте я научился понимать себя. Счастливые люди — это те, кто может, когда им ничего не хочется, просто побыть дома и заняться своими любимыми делами. Но так не бывает. Так что с прокрастинацией всё-таки воевать придётся. Но я знаю, чего мне нельзя делать точно, — жить в типичном Минске. Поэтому на работу я еду определёнными улицами и слушаю любимую музыку по дороге — это спасает.

Я занимался большим количеством проектов, но из-за моего характера и общей спесивости их осталось мало. Моим любимым проектом было News cafe. Не столько кафе, сколько атмосфера и люди, которые там были. Это было время перемен. Они витали в воздухе. Это было похоже на Париж 20-х годов. Это был совсем не Минск. Тут обитали абсолютно разные персонажи. За столом могли оказаться и шпионы, и фальшивомонетчики, и кто угодно. Ощущение было пьянящее. Если бы я не ленился и писал, то написал бы про это книгу. Для Минска это был прорыв. Не потому что я им занимался, а просто так совпало. Это было с 2006 по 2010 год. В декабре, кстати, откроется маленький ресторан тайской кухни. Мне кажется, выразительных вкусов тайской кухни Минску не хватает.

Мне кажется, что я много изменил в том угрюмом мире. Мне в этом признавались другие. Дело в том, что цивилизация к нам пробирается очень маленькими шагами, через культуру, через привычки. Просто люди начинают по-другому есть и называть официанта на «вы». Иногда микрошаги цивилизации для страны значат намного больше, чем масштабные публичные изменения. Я слышал эти слова от людей, мнение которых мне важно. Самое ведь главное — сделать что-то подобное на цивилизацию здесь.