"Повесть о настоящем человеке" с рисунками Н. Жукова

Пару часов назад курьер Лабиринта принес нам в редакцию наконец-то вышедшую из печати "Повесть о настоящем человеке" Бориса Полевого с рисунками Николая Жукова.Купили, как честные люди (уж очень хотелось наконец увидеть и не ждать официальной поставки), за 893 рубля :)

Итак, смотрим, что получилось.

Как я уже писала раньше - это старый проект, когда его задумывали - серии "Классика "Речи" еще не существовало в изданном варианте. Работа над книгой шла больше года, начиналась практически параллельно с подготовкой книги "Давайте познакомимся". У нас была информация от младшей дочери художника Арины Николаевны, что все работы хранятся в Ульяновске. Это оказалось не так. Рисунки разрозненны по самым разным музеям, а музеев, посвященных Великой Отечественной в стране много. К тому же встречаются более поздние работы, варианты, эскизы. На тему войны Николай Жуков, сам бывший участником военных действий, рисовал много. В итоге книгу собирали почти год.

Вот то самое издание "основа" 1955-го года с 21 вклейкой и 10 наклейками. Наше - 2018-го немного меньше, но при этом сами иллюстрации у нас немного больше по размеру. Формат и оформление, стандартные для Классики Речи, очень хорошо подошли и для этого издания

На переплете цветной рисунок, в книге 1955-го стоявший на фронтисписе. Переплет оформлял (и видимо делал гравюру по рисунку) не Жуков, а другой художник, поэтому мы не стали повторять или использовать эту гравюру.

В издании 2018 года на фронтисписе теерь стоит портрет писателя - Бориса Полевого. Он ценен не только тем, что нарисован также Николаем Жуковым, но и тем, что создан в то же время, когда и писалась книга - во время Нюрнбергского процесса.

Цветные рисунки у нас немного больше по размеру и естественно другие по качеству. Ну, с оригиналов - дело не хитрое :)

Бумага - офсет, вклеек/приклеек не делали. Нам показалось, что меловка (даже для рисунков) здесь не нужна. Печать (даже черно-белых) естественно полноцветная.

Макросъемка (с хорошим увеличением)

Рисунки очень разные по размеру, формату. В книге 1955-го горизонтальные рисунки разместили под углом 90 градусов. Сейчас так делать нельзя. Но и уменьшать, ставя их на полполосы было бы жалко, поэтому такие рисунки дали на разворот. Чтобы значимые элементы не попали на сгиб, рисунки (не все) размещали не всегда по центру, иногда сдвигая от центра.

Все рисунки те же, что были и в издании 1955-го. Кроме этого. Мы долго искали рисунок именно 50-го года, но смогли найти от него только фрагмент (и то - часть этюда) в Твери. В то же время в Белгородском музее нашелся вариант этого же рисунка, но сделанный позже - в 1964 году. Вообще, это не единственный вариант иллюстрации, переделанный позже, возможно в 1964 году готовился еще один вариант издания, для которого и переделывались рисунки.

Рисунки 1950 и 1964 совпадают почти полностью по композиции, но отличаются стилистически.

Вот тот самый "кусочек", хранящийся в Твери.

Подпись 1964 года.

Вот еще из 1964 года. В нашей книге его нет, а сам рисунок хранится в Белгороде

А вот еще вариант. Этот вариант хранится в Твери. А в Белгороде есть вариант этого же рисунка, но от 1964 года

Ну, а в книге воспроизведен карандашный рисунок 1950 года, хранящийся в ГТГ.

Вот примерно так и искали - среди вариантов, эскизов, проб и прочего, пытаясь разобраться в описании. Работы обычно не оцифрованы и приходилось описывать словами сюжет, пытаясь соотнести сухую строчку в каталоге с реальным рисунком: девушка, окопы, лопата. Вот этот рисунок хранится в ГТГ как "На окопах в Сталинграде", ведь очень часто графика хранится и без привязки к книге.

Кроме рисунка с летчиками, несущими раненного Мересьева, еще немного другой и вот этот (в каталоге назывался "Гангрена"). Рисунок в книге 2018 также сделан в 1950-ом (не в 1964-ом), но это немного другой вариант, чем печатался в 1955-ом.

Рисунок, с которого делали гравюру на переплет издания 1955-го года.

А это из послесловия. Это сам Мересьев (Маресьев) и Борис Полевой, записывающий историю безногого летчика в палатке в 1943 году.

Шикарные портреты действующих лиц. Ведь книга - это история не только Мересьева, это судьбы многих, как военных, так и гражданских, переживших войну.

И чудесные женские образы Николая Жукова героинь книги.

Кроме цветных акварелей и карандашных рисунков, в книге есть и вот такие двухцветки, нарисованные голубой акварелью. Они расположены в начале каждой части, отмечая смену времени года. Четыре части, четыре времени года, четыре времени жизни главного героя.

Эта книга делалась более года. Скажу честно, у нас были большие сомнения по необходимости и целесообразности этого проекта. Это наверное чувствуется в том, как я писала раньше, когда представляла книгу. Нужна ли сегодня такая классика, есть ли у нее читатель, можно ли считать это классикой, надо ли делать дорогое серьезное издание, спорящее с весьма неплохим (и доступным) первоисточником 1955-го или ограничиться чем-то простым и недорогим, можно ли это ставить конкретно в "Классику Речи". Мы сомневались, но рискнули.

Сейчас этот вопрос мы уже переадресуем нашим читателям. Если спрос на вот такую, советскую классику, есть, то мы будем думать в этом направлении.

Полевой БорисПовесть о настоящем человекеХудожник: Жуков Николай Объем: 336Год издания: 2018Формат: 183*260Тип переплета: ТвердыйТираж: 4500ISBN: 978-5-9268-2674-3

Серия "Классика Речи". Офсетная бумага, полноцветная печать, тканевый составной переплет, ляссе. Отпечатано в Латвии

Сюжет «Повести о настоящем человеке» основан на реальных событиях, произошедших с летчиком Алексеем Маресьевым во время Великой Отечественной войны (в фамилии своего героя писатель изменил одну букву). Самолет Маресьева, расстрелявший весь боекомплект, взяла в клещи четверка вражеских истребителей и решила вести на свой аэродром. Неожиданным маневром летчик попытался вырваться из клещей, но пулеметная очередь все же достала двигатель. Маресьев изо всех сил тянул теряющий высоту самолет к своей территории, пока не врезался в верхушки деревьев… Летчик получил тяжелейшее ранение, но все же неистово полз к своим; на девятнадцатые сутки, голодного, обмороженного, его нашли дети партизан. Потом — госпиталь, ампутация обеих ног… Но через полтора года Маресьев вновь сел за штурвал самолета, причем истребителя. Оставшись калекой, летчик все равно рвался в небо, в бой. И побеждал.Не так просто сломить личность, у которой есть желание жить вопреки всему и чья любовь к Родине безгранична. В 1946 году на Нюрнбергском процессе Герман Геринг — рейхсминистр имперского министерства авиации, рейхсмаршал великогерманского рейха, слывший в нацистской Германии вторым человеком после Гитлера, признался: «Мы многого не знали, а о многом не могли и подозревать. Главное, мы не знали и не поняли советских русских. Никакая самая хорошая агентура не может раскрыть истинного военного потенциала Советов. Я говорю не о числе пушек, самолетов и танков. Это мы приблизительно знали. Я говорю не о мощи и мобильности промышленности. Я говорю о людях…»«Повесть о настоящем человеке» была написана там же, в Нюрнберге (Б. Полевой был аккредитован на процессе от газеты «Правда»), всего за 19 дней. «Повесть…» сразу же вышла в печать и в том же году была удостоена Сталинской (Государственной) премии. Только за первые семь лет общий тираж ее изданий составил 2,34 млн экземпляров.А в 1950-м художник-фронтовик Николай Жуков, также участвовавший в освещении работы Международного трибунала над нацистами, создал серию уникальных рисунков к «Повести о настоящем человеке». За эти рисунки Н. Жукову также была присуждена Сталинская премия.

В книге использованы изображения произведений из фондовГосударственной Третьяковской галереи,Белгородского государственного художественного музея,Тверского государственного объединенного музея,Ульяновского областного художественного музея.

Текст печатается по изданию: Борис Полевой. Повесть о настоящем человеке,Москва, Художественная литература, 1983.